Вы, конечно же, много раз видели эту картину и многое знаете об истории ее создания. А если что-то забыли, приглашаю Вас на экскурсию в Государственный Русский музей, где я немного напомню вам о ней.
Итак,
«Бурлаки на Волге», 1870–1873,
Илья Репин (1844–1930)
https://i.pinimg.com/originals/ed/23/95/ed239588f5523371cb2cdc87bd3855fb.jpgЖаркий летний день, бескрайняя Волга. По истоптанному бечевнику — прибрежной полосе, где нет ни кустов, ни камней, только жёсткая земля под босыми ногами, — медленно движется цепочка из одиннадцати человек. Они тянут тяжёлую баржу вверх по течению. В этом неспешном движении — вся тяжесть их доли и вместе с тем какая-то суровая, упрямая сила.
.
На первый взгляд кажется, что в репинской бурлацкой артели все одинаково равны в своем тяжелейшем труде.
.
Но нет. Перед нами настоящая организация - с разным опытом, возрастом, с внутренней дисциплиной и даже со своими должностями.
.
Во главе упряжки идёт Канин. Он - шишка, бригадир, самый сильный телом и духом. Канин - бывший церковный регент.
https://artchive.ru/res/media/img/orig/work/8dc/214910.jpg Художник впервые увидел его, когда наблюдал за бурлаками с пригорка: спустился к берегу и пошёл рядом с ватагой. Канин шёл впереди, и Репина буквально заворожил этот человек. В воспоминаниях художник писал о нём с восторгом: поразили и повязанная тряпицей голова, и кудрявые волосы, и особенно — глаза и «большой, умный, интеллигентный лоб». Репин даже воскликнул, что перед ним не просто типаж, а целая история, настоящий роман: «Что все истории и все романы перед этой фигурой!»
.
От других бурлаков Репин узнал, что Канин когда‑то был попом, потом лет десять служил регентом (руководил церковным хором), а затем уже столько же лет тянул лямку на Волге. В этом переходе от духовной службы к каторжному труду — особый трагизм: человек, привыкший к слову, к музыке, к порядку службы, оказался в самой грубой, изнуряющей работе.
.
Что делает образ Канина таким сильным. Взгляд.
У Канина на картине взгляд одновременно проницательный и мечтательный, будто он видит что‑то за пределами этой пыльной полосы берега и тяжёлой баржи. Он идёт ровно, спокойно, уверенно, будто задаёт ритм всей группе. В этом есть даже что‑то величественное: не покорность раба, а достоинство человека, который несёт свою долю.
.
Его выделяет контраст с окружением. Умный лоб, мягкие черты, особая «незлобивость», которую подметил Репин, выделяют Канина среди остальных. Художник говорил, что в лице Канина была «особая незлобивость человека, стоящего неизмеримо выше своей среды». При этом он не оторван от ватаги: он её вожак, её стержень.
.
Деталь с повязкой. Тряпица на голове — не просто бытовая подробность: она подчёркивает и изнурение, и простоту, и то, как человек приспосабливается к невыносимым условиям. Для Репина эта деталь была частью «типажа», но в ней читается и личная история.
.
Репин специально уговорил Канина позировать: 19 июля 1870 года он писал его целый день. Это был редкий случай, когда у художника была возможность всмотреться в героя, не ловить мимолётные моменты на берегу. Благодаря этому Канин получился не обобщённым образом, а почти портретом — с характером и судьбой.